Эллис Питерс. Исповедь монаха -
129 >
снегопада настоящего ведь нет -- так, сыпет полегоньку. Да, он
с каждой минутой все больше убеждался в том, что случилось
недоброе, и она либо вовсе не дошла до Элфорда, либо попала в
беду уже на пути к дому. А если так, то пострадала она не по
вине природы, тьмы и ненастья и не по воле случая, а от руки
человека. Но бродяги и отщепенцы, подстерегающие путников на
дороге -- ежели они и водились в этих местах -- в такую ночь
едва ли вышли бы на свой грязный промысел: слишком сильный
мороз и слишком мала вероятность поживиться. Нет, тот, кто
помешал Эдгите добраться до цели, сделал это с умыслом.
Оставалась, правда, слабая надежда, что, может, все не так
страшно. Предположим, она добралась до Росселина, все ему
рассказала, и он уговорил ее во избежание риска остаться в
Элфорде и предоставить остальное ему самому. Но, положа руку на
сердце, Кадфаэль и сам считал такое объяснение маловероятным.
Иначе Росселин, охваченный негодованием, давно уже примчался бы
в Вайверс -- куда раньше, чем там хватились Эдгиты.
Кадфаэль прибавил шагу и поравнялся с Сенредом, шедшим в
середине их небольшого отряда. Тот скользнул по нему взглядом
и, узнав, кивнул в знак приветствия и даже как будто не
удивился, увидев его здесь.
-- Вам не стоило утруждать себя, святой брат, -- только и
сказал Сенред. -- Мы бы и сами управились.
-- одним помощником больше -- вреда не будет! -- сказал
Кадфаэль.
Вреда-то, может, и не будет, но и приглашения тоже не
было. В таких делах всегда лучше обходиться без посторонних
глаз и ушей. Но Сенред, похоже, не сильно обеспокоился
нечаянным присутствием в отряде этого забредшего к нему в дом
бенедиктинца. Сейчас он думал только о том, как бы поскорее
найти Эдгиту -- хорошо бы перехватить ее прежде, чем она