Эллис Питерс. Исповедь монаха -
4 >
поводу того, что можно и должно предпринять в сложившихся
обстоятельствах. С одной стороны, работать на крыше в такую
погоду было не только малоприятно, но и просто опасно, а с
другой, если дотянуть починку до оттепели, в доме начнется
настоящий потоп и масштабы бедствия, покуда ограниченные, будут
тогда гораздо серьезнее.
Некоторые из братьев раньше работали на постройке
служебных помещений, примыкающих снаружи к монастырской стене
-- разных амбаров, сараев, конюшен, а брат Конрадин, которого
ребенком отдали в обучение монахам, сызмальства постигал
строительное дело под началом французских братьев в Сэ, откуда
и был призван графом -- основателем Шрусберийского аббатства,
дабы возглавить постройку этой новой обители. Конрадин и сейчас
был еще не стар и здоров как бык, и во всем, что касалось
строений, последнее слово по праву было за ним. Когда он
увидел, каких размеров достигла протечка в станноприимном доме,
он решительно заявил, что откладывать работу на потом негоже,
иначе как бы им не пришлось перекрывать половину южного ската
крыши. Лес у них в запасе был, сланцевая плитка тоже, да и
свинцовые плиты имелись. Южный скат нависал над дренажной
канавой, прорытой от мельничной протоки и сейчас скованной
льдом, но тем не менее поставить леса было делом нехитрым.
Конечно, померзнуть им придется основательно -- шутка ли
сказать, торчать на крыше, сперва сгребая горы снега, чтобы
уменьшить зловредную тяжесть, а после заменяя поломанные и
сдвинутые с места сланцевые плитки и заделывая поврежденные
свинцовые листы. Однако, если работать по очереди, часто
сменяясь, и в продолжение всего дня иметь возможность
отогреваться в помещении, где разрешено будет жечь огонь с утра