Эллис Питерс. Роковой обет -
19 >
кровопролитие. Чуть ли не у ног папского легата. Воистину это
черное злодеяние -- кощунство, почти такое же, как если бы
несчастного растерзали перед алтарем. Несомненно, Радульфус
усмотрел в этом случае горестный символ попрания закона и отказ
от надежды на достижение мира, а потому и повелел поминать
убиенного в молитвах, возносимых в его обители. Это должно было
послужить знаком признания заслуг покойного и обеспечить ему
воздаяние на небесах.
-- Отец аббат наказывает нам, -- возгласил приор, -- в
благодарность за явленное стремление к справедливости возносить
молитвы за упокой души Рейнольда Боссара -- рыцаря, служившего
императрице Матильде.
-- Ну и дела, велят молиться за врага, -- с сомнением,
покачав головой, промолвил молоденький послушник, когда братия
принялась обсуждать наказ своего пастыря.
В Шропшире привыкли держать сторону короля Стефана, что и
не мудрено: уже четыре года графство находилось в его власти,
управлялось в соответствии с его указами назначенным им шерифом
и при этом счастливо избежало многих невзгод, обрушившихся на
иные провинции Англии.
-- Ты не прав, -- мягко укорил паренька наставник
послушников брат Павел, -- добрый и достойный человек не враг
нам, пусть даже в этой распре он и принял противоположную
сторону. Мы, монахи, не приносим вассальной присяги, но когда
беремся судить о мирянах, должны иметь ее в виду и почитать
тех, кто верен ей так же, как и мы своим обетам. Никому нельзя
поставить в вину то, что он хранит верность, неважно -- королю
или императрице. А покойный наверняка заслуживал уважения,
иначе отец аббат не велел бы нам поминать его в молитвах.
Брат Ансельм, сидевший на каменной скамье тем временем
отбивал на ней ритм и нараспев повторял имя убиенного: Рейнольд