Эллис Питерс. Роковой обет -
22 >
лица духовного пастыря, -- так же, каак мне -- ваша. По многим
вопросам мы придерживаемся одного мнения. Я внимательно
выслушаю все, что вы соблаговолите сообщить мне о событиях в
Винчестере, ибо мне необходимо знать об этом.
-- А мне -- осмыслить, -- с печальной улыбкой отозвался
Радульфус. -- Я отправился в Винчестер, повинуясь распоряжению
того, кто имеет право созывать прелатов, и отправился туда,
зная, как обстоят дела: король в плену, а большая часть южных
графств оказалась в руках императрицы, которая получила таким
образом возможность претендовать на верховную власть по праву
сильного. Думаю, мы оба -- и вы, и я -- догадывались, о чем
пойдет разговор, но я расскажу вам обо всем, чему мне довелось
стать свидетлем, так, как я это понял. Мы съехались туду в
понедельник, седьмого апреля, но делами в тот день не
занимались -- весь он был потрачен на церемонию встречи
приезжавших прелатов, а также на оглашение писем с извинениями
от тех, кто предпочел отсидеться дома, а таких тоже набралось
немало. Императрица тогда находилась в городе, хотя за время,
пока проходил наш совет, совершила несколько поездок по
окрестностям -- была, например, в Ридинге. На самом совете
императрица не присутствовала -- на это у нее хватило такта.
Говорил аббат сухо, и по тону было нелегко понять его
истинное отношение к поведению Матильды.
-- Ну а на второй день... -- Радульфус умолк, припоминая
происходившее у него на глазах. Хью, не шелохнувшись, ждал,
когда тот продолжит.
-- ...на второй день, восьмого апреля, легат вытупил перед
собравшимися с большой речью.
Представить себе эту картину не составляло труда. Генри
Блуа, епископ Винчестерский, папский легат в Англии, младший
брат, а следовательно, и сторонник короля Стефана,