Кладезь знаний

79 >

порослью бурых водорослей. И  не  было  ничего,  что  могло  бы
пролить  хотя  бы такой же слабый, призрачный свет на убийство,
совершенное в далеких южных краях -- тах самых,  откуда  прибыл
этот  самый  Симон  Поер.  Зачем?  Совершает паломничество ради
спасения души, как  и  подобает  почтенному  человеку?  Или  же
скрывается  от  закона,  ибо  ему  грозит наказание за что-либо
более  серьезное,  чем  надувательство  балбесов  и   ротозеев.
Правда,  Кадфаэль признавал, что ему и самому не раз доводилось
свалять дурака,  и  считал,  что  не  следует  чересчур  строго
осуждать облапошенных мошенниками бедолаг.
     Большие  ворота  аббатства  были уже заперты, но маленькая
дверца в одной из створок оставалась открытой, и сквозь нее  во
двор  проникали  лучи  закатного  солнца.  В  их  мягком  свете
Кадфаэль  столкнулся  с  каким-то  припозднившемся   гостем   и
удивился  тому,  что  тот почтительно поддержал его за локоть и
пропустил вперед.
     -- Добрый вечер, брат, -- послышался у самого  уха  монаха
звучный мелодичный голос.
     Солидный    господин   в   добротном   шерстяном   камзоле
размашистым шагом направлялся к дверям  странноприимного  дома.
Это был не кто иной, как выдававший себя за гилдфордского купца
Симон Поэр.


Глава 6
     Утром  двадцать  первого  июня,  в канун перенесения мощей
Святой Уинифред, когда аббат Радульфус во главе причта и братии
вышел из церкви на залитый солнцем  двор  после  мессы,  чинное
шествие  процессии  было неожиданно нарушено громким, неистовым
криком. Волнение пробежало по рядам  уже  вышедших  на  площадь
паломников,  словно  круги по воде, люди поспешно расступились,
давая дорогу, и из толпы, неуклюже ковыляя  на  босых  разбитых
ногах, появился Сиаран. Глаза его горели. Бросившись вперед, он

Следующая

79 >