Урсула Ле Гуин. На последнем берегу -
7 >
мраморных плитах и, немного помолчав, сказал, вслушиваясь в звуки своего
голоса, который начал грубеть лишь в последние пару лет:
- И я выполню любой ваш приказ.
Голос его был тонок и хрипл.
- Твой отец имеет на то право, а я - нет, - сказал Верховный Маг.
Он по-прежнему смотрел на Аррена, и тут юноша поднял взгляд.
Продемонстрировав свою готовность подчиниться, он забыл о себе и теперь
как будто впервые увидел Верховного Мага: величайшего волшебника всего
Земноморья, человека, который одолел Черную Магию Фандаура, извлек Кольцо
Эррет-Акбе из Гробниц Атуана, возвел огромную дамбу в Неппе; моряка,
который знал вдоль и поперек все моря от Астовелла до Селидора;
единственного ныне живущего Повелителя Драконов. И вот он стоит, упершись
коленом в чашу фонтана, невысокий и уже немолодой человек с тихим голосом
и непроницаемыми, как безлунная ночь, глазами.
Аррен вскочил и поспешно опустился на оба колена, приняв подобающую
позу.
- Милорд, - сказал он, запинаясь, - позвольте мне служить вам!
Вся его самоуверенность исчезла без следа, лицо пылало, а голос
дрожал.
На боку у Аррена висел меч в новых кожаных ножнах, украшенных
чеканкой из червонного золота, но само оружие с потертой крестообразной
рукоятью из посеребренной бронзы выглядело неброско. Юноша вытащил меч и
протянул его рукоятью вперед Верховному Магу, словно вассал своему
сюзерену.
Однако Верховный Маг не протянул руки и не коснулся рукояти меча. Он
лишь взглянул сперва на оружие, а затем - на Аррена.
- Он твой, а не мой, - сказал маг. - И ты не слуга ни единому
человеку на свете.
- Но мой отец сказал, что я могу оставаться на Рокке до тех пор, пока
не познаю природы этого зла и, быть может, не научусь чему-нибудь... у