Урсула Ле Гуин. Четыре пути к прощению -
109 >
свобода.
"Эти слова многого стоили ему", -- подумала Солли. Не то что ее
излияния, похожие на танцы света и тени. Он говорил от чистого сердца, и
поэтому Солли с благодарностью принимала его похвалу. К тому времени она
начала понимать, что с каждым прошедшим днем все больше и больше теряет
уверенность и надежду. Она теряла убежденность в том, что их выкупят,
освободят, что они когда-нибудь выберутся из этой комнаты и вообще останутся
в живых.
-- Эта война была жестокой?
-- Да,-- ответил Тейео. -- Я даже не могу объяснить( Не могу сказать(
Там все происходило ослепительно быстро, как в мощных вспышках света.
Он поднял руки к лицу, словно хотел закрыть глаза, а затем с укором
посмотрел на Солли. И тогда она поняла, что его стальное на вид
самообладание было уязвимо во многих местах.
-- То, что я видела на Кеаке, происходило так же, -- сказала она. -- Я
тоже ничего не могла объяснить. Как долго ты был на Йеове?
-- Чуть меньше семи лет.
Она поморщилась:
-- Значит, ты везучий?
Этот странный вопрос не имел прямого отношения к тому, о чем они
говорили, но Тейео по достоинству оценил его.
-- Да, -- ответил он. -- Мне всегда везло. Большинство из моих друзей
погибли в боях, и многие из них -- в первые три года. Мы потеряли на Йеове
триста тысяч человек. Правительство замалчивает это. Подумать только: две
трети веотов Вое Део убиты! А я остался жив. Наверное, я действительно очень
везучий.
Он опустил подбородок на сцепленные пальцы и замкнулся в мрачном
молчании.
Через какое-то время Солли тихо прошептала:
-- Надеюсь, ты по-прежнему удачлив.
Он ничего не ответил.
-- Как долго их уже нет? -- спросил Тейео.
Солли посмотрела на часы и прочистила пересохшее горло.