Урсула Ле Гуин. Четыре пути к прощению -
219 >
добраться до городов. И местные жители решили, что наша непокорность
доставит им неприятности. Но все же помогли нам помыться и привести себя в
порядок, после чего отвели нам место рядом с башней. Свободных хижин не
имеется, сказали нам. Мы узнали, что находимся в поместье Зескра. Никто не
хотел и слышать о том, что случилось в Шомеке. Им было не нужно наше
присутствие. Наши беды их не волновали.
Мы легли спать прямо на земле, без крыши над головой. Некоторые
крепостные ночью перебирались через канаву и насиловали нас, и мы не могли
защититься, ибо ни для кого не представляли ценности. Кроме того, мы были
слишком слабы и измучены, чтобы сопротивляться. Одна из нас, девочка Абайе,
попыталась отстоять себя. Но насильник безжалостно избил ее. Утром она не
могла подняться, не могла произнести ни слова. Когда пришли надсмотрщики и
увели нас, она так и осталась лежать. Осталась еще одна, крупная и высокая,
с большим белым шрамом на голове, уходившим в копну волос. Когда нас
уводили, я глянула на нее и узнала Валсу, бывшую мою подругу. Она сидела в
грязи, свесив голову.
Пятерых из нас отправили из поселения в Большой Дом Зескры, на женскую
половину. Во мне затеплилась было надежда, потому что я хорошо знала, как
вести дом. Но я еще не представляла, как Зескра отличается от Шомеке. Дом в
Зескре был полон людей, владельцев и хозяев. Здесь жила большая семья, и
если раньше я знала единственного лорда Шомеке, то тут кишели десятки людей
со своими вассалами, прислугой и гостями, так что случалось, на мужской
половине обитало тридцать-сорок человек и столько же женщин в безе, не
говоря уж, что обслуга Дома составляла человек пятьдесят, а то и больше. Нас
доставили сюда не в качестве домашних слуг, а как "расхожих женщин".