Урсула Ле Гуин. Четыре пути к прощению -
99 >
у нас. Так что давайте не будем обижать друг друга. Хорошо?
Он повернулся, кивнул одному из охранников, и тот закрыл дверь. Запоры
скрипнули, а затем наступила тишина. Солли вздохнула и села на топчан. Тейео
поднял голову.
-- Это было опасно, -- сказал он с печальной улыбкой.
-- Я знаю, -- ответила она. -- И глупо. Но я не могла сдержаться. А вы
видели, как они стушевались и бежали отсюда! Теперь у нас будет вода! -- Она
заплакала. Она всегда плакала после ссор и после того, как причиняла коту-то
боль. -- Посмотрим, что они принесли на этот раз.
Солли поставила поднос на матрас и приподняла салфетку. Обычно так
подавали заказанную пищу в номер третьеразрядных отелей.
-- Прямо все удобства, -- прошептала она.
Под тканью лежало множество предметов: горсть печенья, небольшое
пластиковое зеркальце, гребень, крохотный горшочек с каким-то веществом, от
которого пахло сгнившими цветами, и пачка женских гатайских тампонов.
-- Набор для леди, -- проворчала Солли. -- Черт бы их побрал, тупых
придурков! Зачем мне здесь зеркало?! -- Она отшвырнула его к стене. --
Неужели они думают, что я и дня не могу провести, не взглянув на свое
отражение! Идиоты!
Она сбросила на пол все предметы, оставив на подносе только печенье.
Впрочем, Солли знала, что позже подберет тампоны и положит под матрас на тот
случай, если их задержат здесь больше чем на десять дней. А что, если
дольше?
-- О Боже, -- прошептала она.
Солли встала и подобрала зеркало, маленький горшочек, пустой кувшин и
фруктовую кожуру от предыдущего завтрака. Положив все это на пустой поднос,
она поставила его рядом с дверью.
-- Наша мусорная корзина, -- сказала она Тейео на языке Вое Део.
К счастью, в гневе она всегда выражалась на альтерранском наречии. Ей