Урсула Ле Гуин. Город иллюзий -
3 >
дни упадка человеческой цивилизации? Попроси Кретьян выйти на веранду,
дочка.
Парт помогла своей слепой двоюродной сестре Кретьян подняться по
лестнице на тенистый прохладный балкон, где спал незнакомец. Зоув и его
сестра Карелл по прозвищу Лупоглазая ждали их там. Оба сидели, поджав ноги
под себя и выпрямив спины. Лупоглазая забавлялась с любимой рамкой с
узорами. Зоув и не старался чем-то занять себя: брат и сестра притерлись
друг к другу за долгие годы. Их широкоскулые смуглые лица были насторожены и
в то же время совершенно невозмутимы.
Девочки сидели неподалеку, не смея нарушить тишину. На Парт, с
красновато-коричневой кожей и копной блестящих длинных черных волос, не было
ничего, кроме свободных серебристых штанов. Смуглая и хрупкая Кретьян была
чуть постарше. Красная повязка прикрывала ее пустые глазницы и удерживала на
затылке пышные волосы. На ней была такая же туника из искусно сотканной,
украшенной узорами материи, как и на ее матери.
Жаркий летний полдень буйствовал в саду под балконом и на кочковатых
полях Поляны. Со всех сторон стоял лес. К этому крылу дома деревья подходили
настолько близко, что на стены падала тень от густой листвы; во всех других
направлениях они темнели голубоватой дымкой на горизонте.
Некоторое время все четверо сидели молча, находясь одновременно вместе
и порознь, связанные друг с другом чем-то большим, чем слова.
-- Янтарные бусы раз за разом собираются в узор Бездны, -- сказала
Лупоглазая.
Она улыбнулась и отложила в сторону рамку с унизанными драгоценными
камнями пересекающимися струнами.
-- Твои бусы рано или поздно всегда складываются в узор Бездны, --
сказал ее брат. -- А все подавляемая тобой тяга к мистицизму. Ты кончишь так
же, как наша мать -- будешь видеть, если уже не видишь, узоры в пустой