Урсула Ле гуин. Ожерелье -
19 >
покидать дом.
- Можно.
И он посмотрел на нее пристально снизу вверх, а его серые губы снова
широко растянулись.
Что произошло в последующие несколько часов, Семли рассказать бы не
смогла - так было все торопливо, - суматошно, непонятно. Она сама держала
голову крылатого, пока один из Земляных вонзал длинную иглу в его золотистое
полосатое бедро. Семли чуть не вскрикнула, но животное только дернулось,
добродушно заурчало и уснуло. Несколько гдема подняли и унесли его - судя по
всему, лишь с трудом пересилив свой страх. Потом она увидела, как игла
вонзается в ее руку - быть может, дли того, подумала она, чтобы испытать ее
храбрость, потому что спать ей вроде бы не захотелось, хотя она не была в
этом уверена до конца. Время от времени приходилось садиться в повозку, что
двигалась по двум металлическим полосам, и ехать сквозь железные двери и
через сводчатые подземные залы, целые сотни их; один раз повозка покатилась
через подземелье, границы которого по обе стороны пути уходили во мрак, и
мрак этот наполняли крылатые кони, огромные стада крылатых коней. Она
слышала их хрипловатое воркование, и в свете огней повозки увидела их; когда
же разглядела еще ясней, оказалось, что крылья у животных обрезаны и они все
слепые. Она зажмурилась, чтобы не видеть. Потом были новые коридоры и новые
подземные залы, новые серые бесформенные тела, суровые лица и надменные
голоса, и вдруг ее вывели на открытый воздух. Была ночь; Семли радостно, с
чувством облегчения подняла глаза к звездам и единственной взошедшей луне"
на западе между тем всходила маленькая Хелики. Но по-прежнему вокруг были
гдема, теперь они предложили Семли подняться то ли в пещеру, то ли в
повозку, какой она еще не видела, - что это было, она так и не поняла. Там