Урсула Ле Гуин. Изменить взгляд -
17 >
присутствующие повернулись к Мириам. - Это здесь... - Мириам издала какой-то странный звук - не то вздох, не то смешок, не то всхлип. - Здесь, на Арарате... Гора. Это поля, наши поля, наши деревья. А вот эта башня - угол школы. Видите. Это здесь. На Зионе. Так все это видит Геня. Глазами и сердцем. - Но посмотри: деревья-то - зеленые. Посмотри на цвета, Мириам. Это Земля! - Да, это Земля. Земля Гени! - Но он не может... - Откуда нам знать? Мы ведь понятия не имеем, что видят дети Зиона. Мы можем видеть картину при освещении, лишь похожем на свет Земли. Вынесите ее наружу, и вы увидите то, что и всегда: жуткие цвета, уродливую планету, на которой нет нам приюта. Но для Гени дом - здесь. Он - дома. Это у нас, - глядя на окружающие ее озабоченные, усталые, старческие лица, Мириам смеялась и плакала одновременно, - _у нас_ нет "ключа". У нас с нашими... с нашими... - Она запнулась и вся подобралась, собираясь высказать пришедшую в голову мысль, словно лошадь, готовящаяся взять барьер, - с нашими метаболиками! Все с удивлением уставились на Мириам. - Принимая метаболики, мы можем выжить здесь, на Зионе, - лишь выжить, так? Но неужели вы не понимаете, что Геня живет здесь? Все мы были прекрасно приспособлены к жизни на Земле, слишком хорошо, и не можем приспособиться к чему-либо другому. Но это не касается Гени, он не землянин: аллергичный, неприспособленный - видите, система немного неправильная? Система! Но существует много систем, множество. Геня соответствует системе Зиона немного лучше, чем мы... Аврам и командор продолжали недоуменно пялиться на Мириам. - Ты говоришь, что аллергия Гени... - быстро проговорил Рейне, бросив взволнованный взгляд на картину. - Не только Гени! Может, и всех наших больных! Двадцать пять лет я