Урсула Ле Гуин. Слово для леса и мира - одно -
3 >
ухмыльнулся левым уголком рта, энергично водя жужжащей бритвой по
неподвижной правой щеке.
Старый пискун копошился у стола -- целый час идиоту надо, чтобы
принести завтрак из лагерной кухни!
-- Быстро-быстро! -- рявкнул Дэвидсон, и шаркающая вялая походка Бена
немного ускорилась.
Бен был ростом около метра. Мех у него на спине из зеленого стал почти
белым. Совсем старик и глуп даже для пискуна, ну да ничего! Уж он-то умеет с
ними обращаться и любого выдрессирует, если понадобится. Только зачем?
Пришлите сюда побольше людей, постройте машины, соберите роботов, заведите
фермы и города -- кому тогда понадобятся пискуны? Ну и тем лучше. Ведь этот
мир, Новое Таити, прямо-таки создан для людей. Расчистить его хорошенько,
леса повырубить под поля, покончить с первобытным сумраком, дикарством и
невежеством -- и будет тут рай, подлинный Эдем. Получше истощенной Земли. И
это будет его мир! Ведь кто он такой. Дон Дэвидсон, в сущности говоря?
Укротитель миров. Он не хвастун, а просто знает себе цену. Таким уж он
родился. Знает, чего хочет, знает, как этого добиться, и всегда добивается.
От завтрака по животу разливалось приятное тепло. И его благодушное
настроение не испортилось, даже когда он увидел, что к нему идет толстый,
бледный, озабоченный Кеес ван Стен, выпучив маленькие глазки, точно два
голубых шарика.
-- Дон! -- сказал Кеес, не поздоровавшись. -- Лесорубы опять охотились
за Просеками. В задней комнате клуба прибито восемнадцать пар рогов!
-- Покончить с браконьерством еще никому не удавалось, Кеес!
-- А вы обязаны покончить. Для того мы тут и подчиняемся законам
военного времени, для того управление колонией и поручено армии. Чтобы
законы исполнялись неукоснительно.