Урсула Ле Гуин. Техану. Последняя книга Земноморья -
2 >
усадьбе. Уже наступили сумерки, но она не зажигала лампу,
вспоминая, как это делал ее муж: движение рук, искра, смуглое
лицо, освещенное пляшущим огоньком. В доме царила тишина.
"Мне не привыкать жить одной в погруженном в тишину доме",
- подумала она и зажгла свечу.
В один из первых душных вечеров наступающего лета вдова
пропалывала на огороде бобы и вдруг увидала свою лучшую подругу
Ларк, спешившую к ней из деревни по пыльной тропинке.
- Гоха, - выдохнула, подбежав, та. - Гоха, произошло нечто
жуткое. Ты можешь отложить дела?
- Да, - ответила вдова. - А что, собственно, случилось?
Ларк с трудом перевела дыхание. Этой полной, уже не первой
молодости женщине, казалось, совсем не подходило ее имя [Lark
(англ.) - жаворонок. Это слово имеет также второе значение:
шутить, забавляться, резвиться]. Но когда-то она была хрупкой,
хорошенькой девчушкой, которая сразу же сдружилась с Гохой,
несмотря на пересуды соседей, в штыки встретивших белокожую
каргадскую ведьму, что Флинт привел в дом. Они и по сей день
оставались близкими подругами.
- Ребенок сильно обжегся, - сказала она.
- Чей ребенок?
- Бродяг.
Гоха заперла дверь усадьбы, и они отправились по тропинке
к деревне. Ларк трещала без умолку, хотя жутко запыхалась и
обильно потела. Тонкие семена росшей по бокам тропинки густой
травы прилипали к ее щекам и лбу, и она то и дело стряхивала
их, не переставая болтать.
- Они разбили стоянку на заливном лугу у реки и уже с
месяц живут там: мужчина, объявивший себя лудильщиком, хотя на
самом деле он вор, и женщина. Большую часть времени вокруг них
крутится еще один мужчина, тот помоложе. Ни один из них не
работает. Существуют на то, что удается стянуть или выпросить,
а также торгуют женщиной. Парни с низовий реки расплачиваются с