Урсула Ле Гуин. Техану. Последняя книга Земноморья -
36 >
продолжала задумчиво смотреть вниз на аппетитные бобы.
Тенар оставила всех троих играть в игру "поймай Сиппи".
Она прошла вдоль грядок к краю утеса и пошла вдоль него. Дом
Огиона стоял особняком от деревни на испещренном скальными
выходами крутом травянистом склоне, где паслись козы, и от него
до Обрыва было рукой подать. По мере продвижения на север
наклон все увеличивался, пока склон не становился абсолютно
отвесным. Сквозь плодородную почву то тут, то там пробивалось
гранитное основание, а примерно в миле к северу от деревни
Обрыв сужался до узкого выступа из красноватого песчаника,
нависавшего над морем, чьи волны бились о его подножье на дне
двухтысячефутовой пропасти.
Ничто не росло на гребне скального выступа, кроме
лишайников и раскачиваемых ветром голубых маргариток, что
подобно крепко пришитым пуговицам вцепились в грубый,
крошащийся гранит. К северу и востоку от утеса возвышалась над
узкой полоской заболоченных земель темная громада Горы Гонт,
поросшая густым лесом почти до самой вершины. Утес настолько
возвышался над бухтой, что с него были видны скалистые берега и
обширные низины близ Эссари. За ними, насколько мог видеть
глаз, на юге и западе не было ничего, кроме неба над
бескрайними просторами моря.
Тенар правилось бывать здесь в те далекие годы, когда она
жила в Ре Альби. Огион, напротив, любил бродить по лесам, но ее
детство и юность прошли в пустыне, где на сотни миль вокруг не
было ни единого деревца, кроме чахлых груш и яблонь в саду,
которые приходилось поливать вручную каждое бесконечно долгое
лето, где само по себе ничто не растет, где тебя окружают лишь
горы, бесплодные равнины и небо - поэтому Тенар предпочитала
скалистый выступ обступавшим человека со всех сторон лесам. Ей