Урсула Ле Гуин. Техану. Последняя книга Земноморья -
56 >
И увидев, что руки Тенар дрожат, когда та пытается
расщепить стебель тростника, Мосс добавила:
- Смотри, не порежь пальцы, дорогуша.
На следующий день Гед впервые пришел в себя. Мосс, которая
была превосходной, хотя и неряшливой сиделкой, удалось скормить
ему несколько ложек мясного бульона.
- Исхудал до крайности, - сказала она, - а лихорадка
высосала из него всю воду. Откуда бы он не явился, ему там
нечасто удавалось нормально поесть и попить.
Окинув его оценивающим взглядом, она добавила:
- Мне кажется, он не выживет. Человек в таком состоянии не
в силах даже пить, хотя вода - спасение для него. Я видела, как
высокие, сильные мужчины сгорали, словно свечки, всего за
несколько дней превращаясь в бледные тени самих себя.
Но, благодаря своему бесконечному терпению, Мосс все же
заставила его проглотить несколько ложек своего мясного
бульона, сдобренного целебными травами.
- Теперь поглядим, что из этого выйдет, - сказала она. -
Боюсь, что дело зашло слишком далеко. Он угасает.
В ее голосе сквозило нескрываемое удовлетворение. Жалости
она не испытывала. Этот мужчина не значил для нее ничего, а его
смерть - какое-никакое, а все же событие. Раз ей не позволили
похоронить Огиона, так хоть этого мага она, быть может, предаст
земле.
Когда на следующий день Тенар перевязывала Геда, он вдруг
пришел в себя. Во время долгого полета на спине Калессина он
так крепко сжимал стальные чешуи, что содрал всю кожу с ладоней
и до кости изрезал пальцы. Даже во время сна Гед не ослабил
хватки, словно по-прежнему держался за воображаемого дракона.
Тенар пришлось силой разжать ему пальцы, дабы промыть и смазать
его раны. Когда она разжала его пальцы, Гед закричал и начал
хватать воздух руками, словно ему почудилось, будто он падает,