Урсула Ле Гуин. Дневник Розы -
9 >
эффективно. - Что это за машина? - наконец спросила я. Соде начал отвечать вслух, а затем замолчал, и я услышала его мысленный ответ в наушниках: "Схема ротационного мотора для тяги" - или что-то вроде этого, точные слова, конечно, записаны на пленке. Я повторила услышанную фразу и спросила: - Но это не классифицированные планы, да? - Нет, - вслух ответил он и добавил: - Я не знаю никаких секретов. Реакция на вопрос была напряженной и запутанной, каждое слово поднимало рябь и волнение на всех уровнях, соединяющиеся кольца быстро и широко развертывались над сознанием и в подсознании. Через несколько секунд все это закрыла огромная вывеска, появившаяся на переднем плане сознания, которую Соде визуализировал намеренно, как розу и чертежи. Снова и снова читая надпись на вывеске, Соде мысленно выкрикивал прочитанное: "НЕ ВМЕШИВАЙСЯ! НЕ ВМЕШИВАЙСЯ! НЕ ВМЕШИВАЙСЯ!" Затем все начало мерцать и затуманиваться, и вскоре стали преобладать соматические сигналы. - Я устал, - вслух сказал пациент, и я закончила сеанс (12,5 мин.). Сняв с Соде шлем и расстегнув зажимы, я принесла ему чашку чая со стойки персонала в холле. Когда я предложила пациенту чай, на глазах его показались слезы. Руки Соде настолько занемели от сжимания подлокотников, что он с трудом смог взять чашку. Я сказала, чтобы он расслабился и перестал бояться, так как мы пытаемся помочь ему, а не навредить. Соде взглянул на меня широко раскрытыми глазами, в которых, к сожалению, ничего нельзя было прочесть. Жаль, что я уже сняла с него шлем. Наверное, никогда нельзя поймать на психоскопе самые лучшие моменты. - Доктор, почему я в этом госпитале? - спросил он. - Для диагностики и терапии, - ответила я. Я сказала, что он, вероятно, не может вспомнить то, что произошло, но