Урсула Ле Гуин. Мастера -
5 >
фасад храма, украшенный лишь полированным медным кругом. В темных,
недолгих летних сумерках под неподвижной пеленой облаков темноволосые,
бронзовокожие люди Обычного дня собирались группами, стояли без дела,
толкались и разговаривали, переругивались и смеялись, и Ганиль, у которого
от усталости, боли и крепкого пива кружилась голова, старался держаться
поближе к Мииду; хоть он и был теперь Мастером, чувство у Ганиля было
такое, как будто только этот голубоглазый незнакомец знает путь, которым
ему, Ганилю, следует идти,
- XVI плюс XIX, - раздраженно сказал Ганиль. - Что за чушь, юноша, ты
что, складывать не умеешь?
Ученик густо покраснел.
- Так, значит, не получается, Мастер Ганиль? - неуверенно спросил он.
Вместо ответа Ганиль вогнал до отказа металлический прут в его гнездо
в паровом двигателе, который юноша чинил; прут оказался на дюйм длиннее,
чем нужно.
- Что из-за того, Мастер, что большой палец у меня слишком длинный, -
сказал юноша, показывая свои руки с узловатыми пальцами. Расстояние между
первым и вторым суставами большого пальца было и в самом деле необычно
велико.
- Да, это правда, - сказал Ганиль, его темное лицо стало еще темнее.
- Очень интересно. Но не важно, короткая или длинная у тебя мерка - важно
только, чтобы ты применял ее последовательно. И что еще важно, запомни,
ты, тупица, так это то, что если сложить XVI и XIX, XXXVI не получается,
не получалось и, пока стоит мир, не получится никогда - а ты невежда и
непосвященный!
- Да, Мастер, очень трудно запомнить.
- А это, Уонно Ученик, нарочно так сделано, - послышался низкий голос
Ли, Главного, Мастера, широкоплечего толстяка с блестящими черными
глазами. - На одну минутку, Ганиль.
У он повел его в дальний угол огромной Мастерской, едва они отошли от