Андрей Лазарчук. Штурмфогель -
189 >
этой (хотя кое-кто из умных людей считал, что все было совсем наоборот),
каналы здесь располагались на разных уровнях, плавно переходя в акведуки,
пролегая по крышам домов или, наоборот, по подземным туннелям. Иногда вода в
них текла быстро...
Тело Джино помнило это все. Джино был родом из Венеции. Здесь прошло
его детство.
Этими воспоминаниями тело делилось почти радостно...
Гуго обогнул полукруглое крыльцо, ведущее в какой-то ресторанчик,
пустой в это время суток, и по спиральной лестнице стал подниматься на
следующий уровень - в тот самый сад.
На белых легких скамьях сидели парочки, сидели няни с детьми, сидел
одинокий старик. Вдали расстилалось море без горизонта.
Телефоны, шесть будок, стояли среди кустов диких роз. Кусты были полны
бутонов, и некоторые цветки уже распускались.
Гуго встал так, чтобы видеть подходы, и набрал номер.
Трубку после пятого или шестого гудка взял сам Нойман.
- Да! - очень раздраженно.
- Зигги, у меня изменился голос и рожа другая, но внутри я все тот же
Захтлебен...
Берлин, 4 марта 1945. 14 часов 40 минут
Нойман не мог успокоиться. Гуго жив. Гуго жив и действует. Он дал
ценные сведения. Настолько ценные, что уже и не знаешь, как их применить...
Итак, Штурмфогель не предатель. Во всяком случае, не был предателем до
сих пор. Теперь он, по всей вероятности, для "Факела" потерян... а значит,
так или иначе подлежит уничтожению - как дезертир. Жаль, жаль, очень жаль...
Но при этом Штурмфогель наверняка будет находиться поближе к событиям.
Он будет искать доказательства своей невиновности. А "Гейер" будет охотиться
за ним. И тем самым мотивированно находиться тоже поближе к событиям...
И еще. На стороне противника выступают пока не установленные, но явно