Андрей Лазарчук. Раз в тысячу лет -
6 >
ваше последнее слово?
В глазах у Вовочки померкло, и он только и смог, упав на колени,
простонать:
- Братцы! Отпустите, Христа ради!..
- Это все? - разочарованно спросил капитан-майор. - Это-то нам как
раз очень просто сделать. Идите, Владимир Иванович. Но только в дом.
Выходить вам пока нельзя. Когда придет время, вам все объяснят. Идите.
Вовочка не двинулся с места, а капитан-майор повернулся и пошел прочь
какой-то совсем не офицерской походкой, устало волоча ноги, и Вовочка
слышал, как он бормочет: "Говно народ. Раз в тысячу лет, может, выпадает
такое... Раньше вон душу за это продавали, а теперь - отпустите да
отпустите..."
Не помня себя, Вовочка вплыл в подъезд. Сил не было никаких и ни на
что, даже на то, чтобы добраться до квартиры, и он сел на ступеньку и
сидел долго, обняв толстенный железный прут перил и уставившись взглядом
на щербину в кафельном полу - выпавшая плитка была как пустое место между
Зубами. Беззубкин, подумал он. Судьбы мира, говорит, были в твоих руках.
Шанс, мол, упустил... До него стало доходить - медленно, но стало. Ах,
черт! Вовочка вскинулся, чтобы бежать обратно и искать этого странного
капитана-майора, но вспомнил пустые зрачки автоматов и остался сидеть.
Второй раз он мог не отделаться так легко.
Внизу бухнула дверь подвала, и поднялись наверх две девушки странного
вида - затянутые в черное трико и в белых шляпах на головах.
- О! Джентльмен! - сказала одна. - Джентльмен, пойдемте с нами!
- Куда? - осторожно спросил Вовочка. Шпионки, мелькнуло в голове.
Их-то и караулят под дверью...
- Вам будет интересно, - сказала вторая. - Играет музыка, и все
танцуют. Вы танцуете?
- Не знаю, - сказал Вовочка. - Смотря что.
- Блэкаут, например, - сказала одна.