Андрей Лазарчук. Раз в тысячу лет -
9 >
- От оргаголизма, - сказал бородатый. - Им там пытаются вмонтировать
отвращение к наслаждению. Страшное дело. Уже не человек после этого. Но и
так - тоже не человек.
- А... вы?.. - осторожно продолжал расспросы Вовочка.
- Мы меру знаем, - сказал бородатый. - Садитесь вот.
Он пододвинул Вовочке мягкий стул. Вовочка сел. Бородатый сел
напротив него на край стола, обхватил колено руками.
- Устали? - спросил он.
- Да, - сказал Вовочка. - А откуда вы знаете?
- Все через это проходили, - сказал бородатый. - Вынимают и сразу
такую взбучку задают... Кто не первый раз, те все-таки что-то помнят,
соображают, а кто впервые... - он засмеялся. - Ну, ничего. Побудете пока с
нами, потом пойдете. Они обычно первыми вызывают тех, кто недавно на
Треке, так что долго ждать не придется.
- Чего - ждать? - спросил Вовочка, чувствуя вдруг, что желудок его
начинает медленно падать вниз. - Чего - еще - ждать?
- Да не волнуйтесь вы, - сказал бородатый. - Ну, поговорят с вами.
Люди, такие же точно. Тесты же вы все уже прошли, я думаю. Вы из какого
года?
- Э-э... - попытался вспомнить Вовочка; не сразу, но получилось: - Из
тысяча девятьсот восемьдесят девятого.
- Далеко забрались, - почесал бороду бородатый. - Я из две тысячи
двадцатого, и то один из самых ранних. Остальные тут кто из сороковых, кто
из шестидесятых... Все глубже и глубже роют. Ох, до чего же они дороются?
- Кто роет? - спросил Вовочка.
- Мы их зовем черпальщиками, - сказал бородатый. - Они из двадцать
третьего века. Считают, что мы неправильно живем... да они сами все вам
объяснят. Правильно, неправильно - кто разберет, правда? Живем, как можем,
а можем так, как получается...
В дверь просунулась одна из девушек - запыхавшаяся, раскрасневшаяся,